Смерть королевы Британии или смерть языка

На днях мне попался короткий ролик BBC, в котором женщина, очень похожая на правящую королеву Елизавету, рассуждает о том, какое непростое занятие держать на голове королевскую корону, отягощённую всеми этими тяжеленными бриллиантами, рубина и изумрудами…

Хотя ничего на том уровне, о котором я пишу, не происходит просто так, и на символизм сцены рассуждений королевы о тяжести короны нельзя не обратить внимания, я пожертвовал своим на другое обстоятельство – на речь Елизаветы. Не могу сказать, что каждый год внимательно слушаю её рождественские выступления, однако меня искренне удивила простота её теперешней даже не столько речи, сколько говора, произношения. Никакой ожидаемой чопорности, никакого искусственного придыхания, никаких съеденных окончаний и прыгучей интонации. Бабулька заговорила не как обычный, а как простой человек.

 

 

Поскольку это было лишь моё ощущение, а отнести себя к экспертам в языке, будь то английский, датский или русский, я не могу, мне пришлось задать Гуглу множество связных с этим открытием вопросов. Очень скоро я обнаружил, что тема «королева сегодня говорит не так, как раньше» муссируется в относительно узких кругах весьма широко. Об этой перемене некоторые британские лингвисты успели написать не только статьи, но и целые исследования. Правда, разумеется, они говорят не о том, что покойную вот уже несколько лет бабульку подменили, а о том, что её речь и речь её семейства меняется со временем в естественном ключе, то есть становится более демократичной. Вот, например, как звучало её королевское обращение к своим субъектам, т.е. подданным (вы ведь знаете, что в Британии нет граждан – только подданные Её Величества), в далёком 1957 году:

А вот как оно же звучало уже в 2015:

Одна из статей на эту тему начинается словами:

 

Если бы сегодня была жива гувернантка королевы, она бы наверняка заметила некоторые неблагозвучные нотки в некогда хрустально чистом произношении своей воспитанницы…

 

 

Примечательно, что дальше статья сразу уводит читателя в сторону и настаивает на том, что такие фундаментальные изменения, как произнесение слов типа moor или poor не с привычным дифтонгом «оу», а укорочено, как в словах maw и paw, или история с конечным Y в словах типа really и very, где оно стало, напротив, более протяжным по сравнению с нарочито укороченным былых времён, или что фраза вроде the cat sat on the mat прежде воспроизводила гласные с почти закрытой челюстью, отчего в устах правящего класса она звучала как the ket set on the met, все эти перемены – лишь дань времени и упрощения общественных отношений, выражающаяся в языке. Мол, такой напыщенности, какую сегодня можно услышать в сериалах типа «Аббатство Даунтон», больше почти не существует. А если и существует, продолжают хором шаматить исследователи, то она носит чисто психологический характер и имеет исключительно социальные корни. В качестве примера сопоставляется речь принца Уильяма и его жены Кейт:

Он, мол, может позволить себе выражаться языком более простым, нежели она, именно потому, что он такой аристократ по рождению и по крови, а ей, бедняжке, приходилось аристократизму учиться. Поэтому ей труднее от приобретённого отказаться…

 

Обратите внимание, что за последнее время на экраны вышло несколько художественных фильмов и сериалов о британском королевском семействе вообще и небедной Лизе в частности. И сегодня можно увидеть и прочитать не одно интервью с исполнительницами главных ролей, будь то Хелен Миррен, Клэр Фой или Оливия Колман, которые считают своим долгом рассказать зрителям о том, как им приходилось работать над дикцией и менять королевское произношение, чтобы соответствовать перемене оригинала.

 

Не знаю. Им, конечно, виднее. Я же оставляю за собой право делать собственные выводы и считать, например, что в случае, скажем, двойников гораздо проще подделать нос, разрез глаз и тем более обрубленные пальцы (о чём это я…), нежели речь и язык. Можно не верить чудесам ботокса, но когда человек, десять лет назад шпарит по-немецки в Бундестаге, а сегодня подобострастно просит переводчика объяснить канцлерше, что «это наш Кремль», потому что ему гораздо проще петь по-английски, начинаешь сомневаться во многом. И пусть нас нынче учат, что сомневаться – это плохо, это то же самое, что быть в нерешительности, что ошибаться, я позволю себе оставить за собой это право. Речь нынешней королевы Великобритании представляется мне сомнительной. Вероятно, мою точку зрения разделят немногие, но это сугубо их дело.

 

 

Учите английский, друзья.

Flag Counter
Кирилл Шатилов на сервере Проза.ру
Шатилов Кирилл на сервере Стихи.ру