«Гамлет» - стихи или проза?

В прошлой статье «Гамлет заговорил рифмой», я показал на примере знаменитого монолога To Be Or Not To Be насколько по-разному воспринимаются одни и те же мысли, изложенные белым стихом, привычным для англичан, и рифмованным, на котором воспитывалось не одно поколение русскоязычных читателей. Тогда я сравнивал два собственных перевода: один, точный, поэтический, не рифмованный, как и оригинал, и другой, передающий смысл каждой строчки, но через гораздо лучше организующую мысль рифму.

 

На сей раз я пойду чуть дальше. Поскольку я стараюсь рано или поздно доводить до логического конца то многое, за что берусь, мне хочется предложить вашему вниманию ещё одно сопоставление двух переводов одного и того же текста, а именно – сцены, с которой «Гамлет», собственно, начинается. Только я уже не стану сравнивать себя с собой, а постараюсь показать, насколько текст нерифмованный отличается от текста стихотворного в полном смысле – на примере «классического» перевода Пастернака, который сделался таковым исключительно благодаря художественному фильму со Смоктуновским в главной роли.

 

К сожалению, узость интернетных страниц не позволяет мне оба текста разместить параллельно. Поэтому сначала прочтите, что увидел в подстрочнике покойного профессора Морозова покойных Борис Леонидович, а потом – во что мне удалось преобразовать собственное прочтение оригинала, опубликованное ранее в книге «Гамлет: Литературный детектив».

 

Итак, Пастернак:

 

Полночь. Франциско на своем посту. Часы бьют двенадцать. К нему подходит Бернардо.

 

Бернардо

Кто здесь?

 

Франциско

Нет, сам ты кто, сначала отвечай.

 

Бернардо

Да здравствует король!

 

Франциско

Бернардо?

 

Бернардо

Он.

 

Франциско

Вы позаботились прийти в свой час.

 

Бернардо

Двенадцать бьет; поди поспи, Франциско.

 

Франциско

Спасибо, что сменили: я озяб,

И на сердце тоска.

 

Бернардо

Как в карауле?

 

Франциско

Все, как мышь, притихло.

 

Бернардо

Ну, доброй ночи.

А встретятся Гораций и Марцелл,

Подсменные мои, – поторопите.

 

Франциско

Послушать, не они ли. – Кто идет?

 

Входят Горацио и Марцелл .

 

Горацио

Друзья страны.

 

Марцелл

И слуги короля.

 

Франциско

Прощайте.

 

Марцелл

До свиданья, старина.

Кто вас сменил?

 

Франциско

Бернардо на посту.

Прощайте.

 

Уходит.

 

Марцелл

Эй! Бернардо!

 

Бернардо

Вот так так!

Гораций здесь!

 

Горацио

Да, в некотором роде.

 

Бернардо

Гораций, здравствуй; здравствуй, друг Марцелл

 

Марцелл

Ну как, являлась нынче эта странность?

 

Бернардо

Пока не видел.

 

Марцелл

Горацио считает это все

Игрой воображенья и не верит

В наш призрак, дважды виденный подряд.

Вот я и предложил ему побыть

На страже с нами нынешнею ночью

И, если дух покажется опять,

Проверить это и заговорить с ним.

 

Горацио

Да, так он вам и явится!

 

Бернардо

Присядем,

И разрешите штурмовать ваш слух,

Столь укрепленный против нас, рассказом

О виденном.

 

Горацио

Извольте, я сажусь.

Послушаем, что скажет нам Бернардо.

 

Бернардо

Минувшей ночью,

Когда звезда, что западней Полярной,

Перенесла лучи в ту часть небес,

Где и сейчас сияет, я с Марцеллом,

Лишь било час…

 

Входит Призрак  

 

Марцелл

Молчи! Замри! Гляди, вот он опять.

 

Бернардо

Осанкой – вылитый король покойный.

 

Марцелл

Ты сведущ – обратись к нему, Гораций.

 

Бернардо

Ну что, напоминает короля?

 

Горацио

Да как еще! Я в страхе и смятенье!

 

Бернардо

Он ждет вопроса.

 

Марцелл

Спрашивай, Гораций.

 

Горацио

Кто ты, без права в этот час ночной

Принявший вид, каким блистал, бывало,

Похороненный Дании монарх?

Я небом заклинаю, отвечай мне!

 

Марцелл

Он оскорбился.

 

Бернардо

И уходит прочь.

 

Горацио

Стой! Отвечай! Ответь! Я заклинаю!

 

Призрак уходит

 

Марцелл

Ушел и говорить не пожелал.

 

Бернардо

Ну что, Гораций? Полно трепетать.

Одна ли тут игра воображенья?

Как ваше мненье?

 

Горацио

Богом поклянусь:

Я б не признал, когда б не очевидность!

 

Марцелл

А с королем как схож!

 

Горацио

Как ты с собой.

И в тех же латах, как в бою с норвежцем,

И так же хмур, как в незабвенный день,

Когда при ссоре с выборными Польши

Он из саней их вывалил на лед.

Невероятно!

 

Марцелл

В такой же час таким же важным шагом

Прошел вчера он дважды мимо нас.

 

Горацио

Подробностей разгадки я не знаю,

Но в общем, вероятно, это знак

Грозящих государству потрясений.

 

Марцелл

Постойте. Сядем. Кто мне объяснит,

К чему такая строгость караулов,

Стесняющая граждан по ночам?

Чем вызвана отливка медных пушек,

И ввоз оружья из-за рубежа,

И корабельных плотников вербовка,

Усердных в будни и в воскресный день?

Что кроется за этою горячкой,

Потребовавшей ночь в подмогу дню?

Кто объяснит мне это?

 

Горацио

Постараюсь.

По крайней мере слух таков. Король,

Чей образ только что предстал пред нами,

Как вам известно, вызван был на бой

Властителем норвежцев Фортинбрасом.

В бою осилил храбрый Гамлет наш,

Таким и слывший в просвещенном мире.

Противник пал. Имелся договор,

Скрепленный с соблюденьем правил чести,

Что вместе с жизнью должен Фортинбрас

Оставить победителю и земли,

В обмен на что и с нашей стороны

Пошли в залог обширные владенья,

И ими завладел бы Фортинбрас,

Возьми он верх. По тем же основаньям

Его земля по названной статье

Вся Гамлету досталась. Дальше вот что.

Его наследник, младший Фортинбрас,

В избытке прирожденного задора

Набрал по всей Норвегии отряд

За хлеб готовых в бой головорезов.

Приготовлений видимая цель,

Как это подтверждают донесенья, -

Насильственно, с оружием в руках,

Отбить отцом утраченные земли.

Вот тут-то, полагаю, и лежит

Важнейшая причина наших сборов,

Источник беспокойства и предлог

К сумятице и сутолоке в крае.

 

Бернардо

Я думаю, что так оно и есть.

Не зря обходит в латах караулы

Зловещий призрак, схожий с королем,

Который был и есть тех войн виновник.

 

Горацио

Он как сучок в глазу души моей!

В года расцвета Рима, в дни побед,

Пред тем как властный Юлий пал, могилы

Стояли без жильцов, а мертвецы

На улицах невнятицу мололи.

В огне комет кровавилась роса,

На солнце пятна появлялись; месяц,

На чьем влиянье зиждет власть Нептун,

Был болен тьмой, как в светопреставленье,

Такую же толпу дурных примет,

Как бы бегущих впереди событья,

Подобно наспех высланным гонцам,

Земля и небо вместе посылают

В широты наши нашим землякам.

 

Призрак возвращается

 

Но тише! Вот ой вновь! Остановлю

Любой ценой. Ни с места, наважденье!

О, если только речь тебе дана,

Откройся мне!

Быть может, надо милость сотворить

Тебе за упокой и нам во благо,

Откройся мне!

Быть может, ты проник в судьбу страны

И отвратить ее еще не поздно,

Откройся!

Быть может, ты при жизни закопал

Сокровище, неправдой нажитое, -

Вас, духов, манят клады, говорят, -

Откройся! Стой! Откройся мне!

 

Поет петух.

 

Марцелл,

Держи его!

 

Марцелл

Ударить алебардой?

 

Горацио

Бей, если увернется.

 

Бернардо

Вот он!

 

Горацио

Вот!

 

Призрак уходит.

 

Марцелл

Ушел!

Мы раздражаем царственную тень

Открытым проявлением насилья.

Ведь призрак, словно пар, неуязвим,

И с ним бороться глупо и бесцельно.

 

Бернардо

Он отозвался б, но запел петух.

 

Горацио

И тут он вздрогнул, точно провинился

И отвечать боится. Я слыхал,

Петух, трубач зари, своею глоткой

Пронзительною будит ото сна

Дневного бога. При его сигнале,

Где б ни блуждал скиталец-дух: в огне,

На воздухе, на суше или в море,

Он вмиг спешит домой. И только что

Мы этому имели подтвержденье.

 

Марцелл

Он стал тускнеть при пенье петуха.

Поверье есть, что каждый год, зимою,

Пред праздником Христова рождества,

Ночь напролет поет дневная птица.

Тогда, по слухам, духи не шалят,

Все тихо ночью, не вредят планеты

И пропадают чары ведьм и фей,

Так благодатно и священно время.

 

Горацио

Слыхал и я, и тоже частью верю.

Но вот и утро в розовом плаще

Росу пригорков топчет на востоке.

Пора снимать дозор. И мой совет:

Поставим принца Гамлета в известность

О виденном. Ручаюсь жизнью, дух,

Немой при нас, прервет пред ним молчанье.

Ну как, друзья, по-вашему? Сказать,

Как долг любви и преданность внушают?

 

Марцелл

По-моему, сказать. Да и к тому ж

Я знаю, где найти его сегодня.

 

Уходят.

 

Прочитали? Понравилось? Почувствовали всю мощь шейкспировского гения? Вспомнили чёрно-белого Смоктуновского? Тогда давайте прочтём это же слегка иначе, чуть более «по-русски»:

 

(ФРАНЦИСКО на посту. Входит БЕРНАРДО)

 

 

БЕРНАРДО

Кто там?

 

ФРАНЦИСКО

Нет, вы постойте и ответьте.

 

БЕРНАРДО

Да здравствует король!

 

ФРАНЦИСКО

Бернардо?

 

БЕРНАРДО

Он.

 

ФРАНЦИСКО

Вы как всегда точнее всех на свете.

 

БЕРНАРДО

Ступай Франциско. Полночь. Слышал звон?

 

ФРАНЦИСКО

Спасибо, что сменили. Холод жуткий,

И тяжко на душе.

 

БЕРНАРДО

А на посту?

 

ФРАНЦИСКО

И мышь не пискнет.

 

БЕРНАРДО

В люльку, сторож чуткий!

Горацио с Марцеллом предпочту.

Напарников моих, пройдох бывалых…

 

ФРАНЦИСКО

Кажись, я слышу их. Стоять! Кто там?

 

(Входят ГОРАЦИО и МАРЦЕЛЛ)

 

ГОРАЦИО

Друзья стране.

 

МАРЦЕЛЛ

И Викинга вассалы.

 

ФРАНЦИСКО

Спокойной ночи.

 

МАРЦЕЛЛ

Что, уж по домам?

Кто отпустил?

 

ФРАНЦИСКО

Меня сменил Бернардо.

Спокойной ночи.

 

(Уходит)

 

МАРЦЕЛЛ

О, мой друг, привет!

 

БЕРНАРДО

С тобой Горацио, мастер арьергарда?

 

ГОРАЦИО

Отчасти.

 

БЕРНАРДО

Узнаю твой силуэт!

 

МАРЦЕЛЛ

Ну, как, сегодня это появлялось?

 

БЕРНАРДО

Не видел.

 

МАРЦЕЛЛ

А Горацио говорит,

Мол, нам с тобою это всё приснилось.

Он думает, что твёрдо устоит

Перед виденьем, нас пугавшим дважды.

Поэтому я упросил его

Сегодня с нами постоять на страже,

Чтобы увидеть духа самого,

С ним поболтать и нас не звать лгунами.

 

ГОРАЦИО

Тсс, не спугните!

 

БЕРНАРДО

Лучше сам молчи

И разреши мне поделиться с вами

Той былью, что творилась средь ночи

Уже два раза.

 

ГОРАЦИО

Ну, тогда присядем

И пусть Бернардо всё расскажет нам.

 

БЕРНАРДО

Прошедшей ночью были мы в наряде.

Звезда светила к западу, вон там,

И точно так же небо озаряла,

Как и сейчас… И только слышим мы,

Как ночи час пробило запоздало…

 

(Входит ПРИЗРАК)

 

МАРЦЕЛЛ

Умолкни! Тихо! Видишь поступь тьмы!

 

БЕРНАРДО

В таком же виде, как король покойный.

 

МАРЦЕЛЛ

Ты ж грамотей, Горацио! Вперёд!

 

БЕРНАРДО

Горацио, скажи, что дух достойный!

 

ГОРАЦИО

Ещё бы: так хорош, что страх берёт.

 

БЕРНАРДО

Вопросов ждёт.

 

МАРЦЕЛЛ

Задай ему, дружище.

 

ГОРАЦИО

Кто ты, забравший сей полночный час,

А вместе с ним доспехи, что не сыщешь

Среди живых? Владыка в них угас

И погребён… Я требую ответа!

 

МАРЦЕЛЛ

Обиделось.

 

БЕРНАРДО

Смотри, шагает прочь!

 

ГОРАЦИО

Постой! Ответь! Терпенья что ли нету!

 

(ПРИЗРАК уходит)

 

МАРЦЕЛЛ

Ушло, и без ответа…

 

БЕРНАРДО

Снова ночь…

Ну что, Горацио? Дрожишь и бледен?

Не правда ли, не сказка тут прошла?

Что думаешь?

 

ГОРАЦИО

Клянусь – что мы все бредим,

Но зоркость глаз едва ли подвела

Меня и вас.

 

МАРЦЕЛЛ

На короля похоже?

 

ГОРАЦИО

Как на Марцелла – ты. В такой броне

Он гнал поляков прочь по бездорожью

И так же хмурил брови на войне

С норвежским гордым королём. Как странно…

 

МАРЦЕЛЛ

И прежде, дважды, ровно в этот час

Он мимо нас маршировал чеканно.

 

ГОРАЦИО

Рискую утонуть в потоке фраз,

Но мне сдаётся, это был предвестник

Грядущих смут, вражды и бурных ссор.

 

МАРЦЕЛЛ

Ну что ж, присядем. Тем понять полезней,

К чему такой взыскательный дозор

На ноги граждан ставит еженощно?

И почему льют пушки день-деньской,

А из-за моря гонят порох мощный?

Зачем корпит строитель чуть живой

На верфях вечно, выходных не зная?

С какою целью ранняя заря

Уходит в ночь без сил, в поту, больная?

Кто может мне сказать?

 

ГОРАЦИО

Пожалуй, я.

Молва гласит, что наш правитель прежний,

Чей образ нам привиделся сейчас,

В Норвегии обрёл оплот мятежный.

Король норвежский, гордый Фортинбрас,

Затеял бой, и в нём наш Гамлет бравый,

А храбрости ему не занимать,

Убил врага, и тот лишился права,

Что договор скрепляет и печать,

Ввиду кончины на свои границы

Во благо победившей стороны.

Иначе нам пришлось бы потесниться,

И Фортинбрасу были б отданы

Все наши земли в случае разгрома.

Таков был их взаимный уговор,

И Гамлет править стал на оба дома.

Но юный Фортинбрас разжёг костёр

Былой вражды отвагой безшабашной,

Норвегию обрыскал и собрал

Любителей кровавой рукопашной

Готовых за еду точить кинжал

И с ним бежать навстречу приключенью,

Которое вольны мы понимать

Как просто откровенное стремленье

Отца потери силой отобрать.

Вот то событье, в чём причину вижу

Я здешних упредительных работ.

Она всей этой суетою движет.

Тревога выходные не блюдёт.

 

БЕРНАРДО

Горацио, с тобою я согласен.

Зловещая фигура к нам пришла

В доспехах короля, что был прекрасен,

Но вместе с тем – причиной войн и зла.

 

ГОРАЦИО

Соринка раздражает глаз рассудка.

Ещё расцветом наслаждался Рим,

Ещё не сгинул Юлий смертью жуткой,

А кладбище уж сделалось пустым.

Все в саванах, по римским закоулкам

Его жильцы носились, кто куда.

Их крикам эхо подвывало гулко.

Роса кровила. Влажная звезда,

Что верховодит царствием Нептуна,

Затмилась, словно судный день настал.

И как предтечи скорого кануна

Времён лихих, каких и свет не знал,

Прологом к предстоящему несчастью

Сошлись в знаменье небо и земля,

Грозя сгубить всех граждан в одночасье…

Но тихо! Снова призрак вижу я!

 

(Опять появляется ПРИЗРАК)

 

Сойдёмся с ним хоть насмерть. Стой, виденье!

Коль голос есть, издай хотя бы звук!

Обет молчанья? Сделай исключенье!

Заговори со мной как добрый друг!

 

(Крик петуха)

 

Коль ведома тебе судьба отчизны,

Открой секрет, чтоб гибель избежать!

А если ты на протяженье жизни

Успел богатства в землю закопать,

За что во смерти должен дух скитаться,

Поведай! Стой! Держи его, Марцелл!

 

МАРЦЕЛЛ

Быть может, мне по-свойски с ним подраться?

 

ГОРАЦИО

Лови, как хочешь…

 

БЕРНАРДО

Где?

 

ГОРАЦИО

Тут!

 

МАРЦЕЛЛ

Улетел!

 

(ПРИЗРАК уходит)

 

Ошиблись мы, величие такое

Пытаясь принужденьем удержать.

Стреножить воздух – дело непростое:

Удары тщетны, к стенке не прижать…

 

БЕРНАРДО

Когда бы не петух, оно б сказало.

 

ГОРАЦИО

Но вздрогнуло, как уличённый вор,

Сочтя «кукареку» дурным сигналом.

Я слышал, будто петушиный ор

Так звонок, что богиню утра будит,

И где бы дух безплотный ни блуждал,

На море, в небе, крик его принудит

В могилу мчать. Что этот слух не лгал,

Туманный гость нам подтвердил наглядно.

 

МАРЦЕЛЛ

И растворился с криком петуха…

Среди примет для нас, людей, отрадных

Одна гласит, что в мире без греха,

Которым наш Спаситель овладеет,

Сей друг рассвета трудится всю ночь,

И духи носа показать не смеют,

Безсильны ведьмы колдовством помочь,

Столь милосердно время то святое.

 

ГОРАЦИО

Я тоже слышал эти сказки все.

Но посмотри, вон утро молодое

Восточный холм штурмует по росе!

Бросай дежурство! Обо всём, что было,

Я думаю, должны мы доложить

Младому Гамлету. Жилец могилы

Не может с сыном не заговорить.

Ну, друг, признаемся по долгу службы,

Тому, кому так нужен наш рассказ?

 

МАРЦЕЛЛ

Давай, конечно! И по долгу дружбы

Я знаю, где застать его сейчас.

 

(Уходят)

 

Комментировать не буду. Если вы до сих пор дочитали, думаю, у вас появились свои мысли по этому вопросу. Будет желание, пишите комментарии. А я пошёл трудиться дальше.

 

 

More anon

Оставить комментарий

Комментарии: 0
Flag Counter
Кирилл Шатилов на сервере Проза.ру
Шатилов Кирилл на сервере Стихи.ру